Милимани
love me, love me not
Значит, вот так, пришло время. Да. Мне сложно, дорогой дневник, мне сложно, но это не так сложно как когда ты болеешь и у тебя внутри все дрожит от того, что тебе нехорошо, тебя тошнит, или высокая температура. Все внутри дрожит от невозможности сказать, выразить в слова то, что происходит, то, что тянет, то, что болит и ноет и не дает, собственно, существовать спокойно. И я сижу сейчас посреди сонной квартиры, и реву, как дурочка, как малолетка, не потому, что мне стыдно от этого своего состояния, а просто потому, что я тоже имею право быть слабой.

Мне его не хватает. Да, он есть, он есть почти рядом, почти всегда, почти на уровне стабильности, то, что незыблимо, то, что похоже на процесс умывания с утра, но как же мне не хватает его того, прошлого, да хотя бы летнего, когда трудно было дышать даже от асечных разговоров, и радовал дождь, и когда ему не сложно было забрать меня у метро, потому что я без зонта, когда у меня не получалось трогаться на горке, я психовала, а он не злился, или злился, но ни за что не показывал это, когда ему не лень было приехать ко мне на работу, чтобы просто десять минут постоять, пока я курю на улице, я не знаю, чего хочу, дорогой дневник, то ли повторения, вернуться туда, в июльскую жару, когда до утра можно было болтать ни о чем на балконе и первые касания рук, еще не те, которые говорят тебе о чем-то большем, но уже и не те, которые обсуловлены нехваткой тактильных ощущений, то ли назад в сентябрь, в те сумасшедшие десять дней, когда задхыаешься от того, что в комнате, кажется, мало воздуа, то ли в октябрь, когда он встречает в аэропорту и на сиденьи под подушкой лежит коробка моих любимых конфет, а меня с самого начала, с самого первого раза, с золотой карточки рив гоша прет его умение запоминать все незначительные мелочи. Я так скучаю, черт побери, я так скучаю по неуклюжести первой ночи, когда спать вместе, просто спать, не совсем удобно, потому что не привыкли друг к другу, потому что разные позы, потому что затекают руки, потому что каждые полчаса дергаешься, да и не спишь, строго говоря вообще, и почти до истерики хочу назад в вечер после той ночи, когда он стоял на кухне, не зная, куда девать руки, когда неловко оправдывался, когда смотрел, просто смотрел, так, что хотелось раздеться, даже кожу с себя снять, чтобы не прожигал так насквозь.

Пару дней назад я сказала, ты отрабатываешь. Он, конечно, натурально оскорбился, что все по большой любви, но куда мне девать свои ощущения, да, наверное, огонь не горит долго, уже скоро год, как мы знакомы по факту, но факингшит я не хочу так, я не хочу смотреть сквозь, черт, я не хочу не хотеть быть, ты же понимаешь меня, дорогой дневник, ты понимаешь меня, я теряю его, даже нет, не так, не его, а ощущения от него, я теряю...